Станислав (stanislav_spb) wrote,
Станислав
stanislav_spb

Categories:

«Катынский вопрос» на Нюрнбергском процессе. Документы

ДОКУМЕНТЫ

  № 1
ИЗ ПРОТОКОЛА ОРГАНИЗАЦИОННОГО ЗАСЕДАНИЯ
МЕЖДУНАРОДНОГО ВОЕННОГО ТРИБУНАЛА
1

12 марта 1946 г.
Нюрнберг
Дворец юстиции

Протокол
организационного заседания
Международного Военного Трибунала

от 12 марта 1946 г.

Присутствуют все Члены Трибунала и их Заместители.

Председатель Судья Лоренс открывает заседание в 17 ч.

[...]

Nuremberg Judges
Судьи Международного Военного Трибунала в Нюрнберге

II. Трибунал переходит к рассмотрению дополнительных ходатайств защитника подсудимого Геринга д-ра Штамера о вызове свидетелей.

а) Д-р Штамер сообщает о получении им доклада бывших германских военнослужащих центральной армейской группировки, в котором последние опровергают обвинение, выдвинутое представителями СССР и содержащееся в документе СССР-64, являющимся официальным сообщением Государственной Чрезвычайной Комиссии. Настоящее обвинение было выдвинуто в связи с участием штаба 537-го саперного батальона в массовом расстреле польских военнопленных в Катынском лесу. Указывая на то, что этот документ до сих пор не представлен в его распоряжение, защитник ходатайствует о вызове в качестве свидетелей по изложенному вопросу следующих лиц:

1. Полковника АРНСА, бывшего в то время командиром 537-го полка;

2. лейтенанта ХОТА (вероятно, был взят в плен частями Красной Армии в районе Кенигсберга);

3. ст. лейтенанта РЕКСА (вероятно, был взят в плен под Сталинградом);

4. генерал-майора ЗУГЕН ОБЕРХЕССЕРА (вероятно, в плену у американцев);

5. ст. лейтенанта графа БЕРГА (в плену в Канаде).

В ходатайстве утверждается, что перечисленные лица должны опровергнуть обвинение, выдвинутое против Геринга в том, что он причастен к расстрелу в Катынском лесу.

б) Во втором дополнительном ходатайстве защитник просит вызвать в качестве свидетеля профессора Женевского университета, специалиста в области судебной медицины НАВИЛЯ, который входил в состав созданной немцами международной комиссии по расследованию и пришел к заключению, что расстрел был произведен в 1940 году.

Судья ЛОРЕНС оглашает ходатайства и письменное заявление, сделанное Трибуналу по поводу этих ходатайств Заместителем Главного Обвинителя СССР полковником ПОКРОВСКИМ.

«МЕЖДУНАРОДНЫЙ ВОЕННЫЙ ТРИБУНАЛ.2

По поводу ходатайства защитника д-ра Штамера Советское Обвинение может сообщить следующее:

1. 14.II.46 г. документ № СССР-64 по вопросам, связанным с расстрелом гитлеровскими преступниками польских военнослужащих, не предъявлялся и не мог предъявляться. Под № СССР-64 у нас зарегистрирован документ о строительстве кремационных печей в Югославии.

2. По вопросу о Катыни нами представлено Суду в качестве бесспорного доказательства (в силу ст. 21 Устава) под № СССР-54 сообщение комиссии по расследованию обстоятельств данного злодеяния.

3. Еще 13.II.46 г. 30 копий этого документа на немецком языке сдано в документальную комнату под расписку. Таким образом, если д-р Штамер не счел нужным до настоящего момента получить материал относительно Катыни из документальной комнаты, то вина за это падает исключительно на него самого.

4. Заявления отдельных анонимов о недостоверности сведений, указанных в бесспорном доказательном материале, совершенно очевидно, не должны быть предметом рассмотрения Суда, так как это было бы прямым нарушением Устава.

5. Из 5 названных защитником бывших военнослужащих немецкой армии ни один не находится в каком-то известном для защитника месте. В отношении некоторых он высказывает одни предположения о возможном их пленении, а в отношении других дает столь общие сведения, что практически вызов явился бы беспредметным.

6. Время расстрела, произведенного гитлеровцами в Катыни, уже совершенно точно установлено авторитетной экспертизой. Отсутствует какая-либо необходимость в вызове проф. Давилле3, принимавшего участие, сознательно или бессознательно, в гитлеровской мистификации относительно Катыни. Тем более, что эта мистификация прямо указана в том бесспорном доказательном материале, который принят судом под № СССР-54.

В заключение мы считаем нужным отметить, что принципиально неправильной была бы проверка бесспорных доказательств с помощью доказательств спорных, какими являются показания лиц, перечисленных в ходатайстве д-ра Штамера.

Зам. Главного Обвинителя от СССР

Полковник (Покровский)»

Судья ЛОРЕНС запрашивает мнение Судьи НИКИТЧЕНКО в отношении рассматриваемых ходатайств.

Судья НИКИТЧЕНКО: одно из оснований, выдвинутых полковником ПОКРОВСКИМ, не имеет значения — это вопрос о местонахождении свидетелей.

Основной вопрос заключается в том, возможна ли проверка документов, принимаемых Трибуналом согласно ст. 21 Устава без доказательств.

Если мы допустили бы проверку таких документов, а в статье 21-й дается особое указание на документы, составленные Комиссиями государств Объединенных Наций, то отвлеклись бы от рассмотрения настоящего дела в отношении обвинений, которые по нему выдвинуты, занявшись вопросом о том, имел ли место факт или обстоятельства его сопровождавшие в том виде, как это сообщено Комиссией в Лондоне или какой-либо другой Комиссией государств Объединенных Наций.

Поэтому я предлагаю вынести решение, а это принципиальное решение, на основании статьи 21-й и отклонить ходатайство.

Sir Geoffrey Lawrence
председатель МВТ сэр Джеффри Лоренс (Лоуренс)

Судья ЛОРЕНС: при всем своем уважении к Генералу я не могу рассматривать таким образом ст. 21-ю. В ней сказано, что такого рода документы принимаются без доказательства, но это не значит, что они являются неопровержимыми доказательствами. Конечно, рассмотрение контр-доказательств займет время, но из этого не следует, что защита не может попытаться (а я сомневаюсь, что ей это удастся) доказать, что факт, сообщенный Правительственной Комиссией, неправилен. Мы не можем препятствовать в этом защите, на это у нас не имеется оснований.

Судья НИКИТЧЕНКО: я не знаю, как Вы оцениваете смысл статьи 21-й, но считаю, что такие документы, как правительственные документы, доклады Правительств государств Объединенных Наций и доклады Комиссий этих государств, принимаются без доказательства. И составители текста имели под этим ввиду, что они не могут оспариваться. В этом суть принятия без доказательства. Иначе не имело бы смысла вводить эту статью и вносить понятие «принять без доказательства».

Судья БИДДЛ: мне, при моем большом уважении к Генералу, кажется, что этот вопрос даже не нуждается в объяснении.

В статье 21-й сказано лишь о том, как представлять эти документы, но не говорится, что нельзя их опровергать.

В правительственные документы включают и показания отдельных лиц, например, солдат-очевидцев. Неправильно толкование ст. 21-й, при котором другим лицам не разрешается говорить обратное. Нельзя сказать подсудимому: вы не можете опровергать этот документ.

Впоследствии мы сможем сказать, что внушительный доклад Советской комиссии не позволяет считать убедительными показания швейцарского профессора.

Судья Де ВАБР солидаризируется с мнением Судьи ЛОРЕНСА и Судьи БИДДЛА и указывает, что даже общеизвестные факты, которые принимаются без доказательства, могут быть ошибочными и поэтому нельзя запрещать опровергать их. Это же относится к правительственным документам и докладам правительственных Комиссий, которые Трибунал будет рассматривать как «аутентичные доказательства».

(Судья Де ВАБР цитирует французский перевод ст. 21-й Устава.)

Судья НИКИТЧЕНКО: в том случае, когда речь идет об общеизвестных исторических фактах, Трибунал принимает их без доказательства, признает их доказанными. Я считаю, что Трибунал не может допускать опровержения общеизвестных фактов.

Далее. Трибунал принимает без доказательства, а не «как доказательство», как сказал г-н Де ВАБР, правительственные документы и доклады правительственных Комиссий. Это значит, что и они не могут оспариваться.

Судья Де ВАБР указывает на расхождение во французском и русском тексте ст. 21 Устава.

Ст. 21 Устава Международного Военного Трибунала (перевод с французского).

Трибунал не будет требовать приведения доказательства общеизвестных фактов и примет их без доказательства. Он будет также рассматривать как аутентичные доказательства документы и официальные доклады Правительств Объединенных Наций, в том числе и документы и доклады, составленные Комиссиями, которые были созданы в различных союзных странах для расследования военных преступлений, а также протоколы заседаний и решения военных или других Трибуналов какой-либо из Объединенных Наций.

Судья НИКИТЧЕНКО: оглашает русский текст ст. 21-й, который совпадает с английским и расходится с французским:

Статья 21. Трибунал не будет требовать доказательств общеизвестных фактов и будет считать их доказанными. Трибунал также будет принимать без доказательств официальные правительственные документы и доклады Объединенных Наций, включая акты и документы комитетов, созданных в различных союзных органах для расследования военных преступлений, протоколы и приговоры военных иди других трибуналов каждой из Объединенных Наций.

Английские и американские члены Трибунала заявляют, что русский текст совпадает с английским.

Судья БИДДЛ поддерживает мнение, высказанное Судьей Де ВАБРОМ в отношении толкования статьи 21-й.

Судья ФАЛЬКО усматривает под документом, принимаемым без доказательства, лишь документ, который, взятый самостоятельно, является доказательством и не требует каких-либо дополнительных доказательств в форме письменных или устных показаний и т.п. Но из этого не следует, что такого рода документ нельзя оспаривать.

Судья ЛОРЕНС делает ссылку на ст. 19 Устава для подтверждения ранее выдвинутого им положения.

Судья НИКИТЧЕНКО: статья 19 не противостоит ст. 21-й и не исключает ее. В 21-й статье говорится об общеизвестных фактах, официальных правительственных документах, документах правительственных Комиссий по расследованию военных преступлений, протоколах и приговорах Трибуналов. В ней сказано, что они принимаются без доказательства.

Судья БИРКЕТТ: я хорошо понимаю аргументы Генерала. Они частично состоят в том, что правительственные акты и приговоры других Трибуналов не могут оспариваться.

Но предположим, что спустя некоторое время после вынесения приговора установлено, что была допущена ошибка. Разве это не может быть использовано подсудимым для изменения приговора?

Судья НИКИТЧЕНКО: может в том случае, если приговор отменяется соответствующей компетентной инстанцией.

Судья ПАРКЕР: я соглашаюсь с формальными доводами Г-на Председателя, Судьи БИДДЛА и Судьи Де ВАБРА, но хочу обратить внимание Трибунала на ст. 16 б. Лишение подсудимого права на защиту является лишением его права предъявлять доказательства в свою защиту.

Я хочу подкрепить сказанное следующим соображением: Обвинение могло и не касаться вопроса о расстреле в Катынском лесу. Оно использовало этот вопрос и предъявило по нему доказательство. Этот пункт обвинения уже опубликован в прессе. Защита ссылается на лиц, опровергающих его.

Если мы запретим подсудимым прибегнуть к помощи свидетелей, следовательно, мы не предоставим им права на защиту.

Судья Де ВАБР считает, что недопущение свидетелей не соответствовало бы положениям международного права и вызвало бы неблагоприятную реакцию у общественного мнения.

Нам не следует умалять ту историческую задачу, которая на нас возложена.

Судья ВОЛЧКОВ возражает Судье Де ВАБРУ, говоря, что ни одна судебная инстанция не может оспаривать документы другой инстанции. Именно это находится в соответствии с международным правом. Например: решение французского суда не может оспариваться английским судом.

Если понимать принятие правительственных документов без доказательства не как принятие документов, не подлежащих оспариванию, значит признавать за правительствами лишь право представлять доказательства.

Не в этом смысл 21-й статьи.

Представители 4-х правительств, подписавшие Устав, исходили из того, что правительственные документы являются актами суверенных государств.

В 21-й статье вопрос о суверенности государства, его авторитете не находится в противоречии с правами подсудимых на защиту. Акт суверенного государства не может быть опровергнут 2—3 свидетельскими показаниями.

Здесь речь идет не об отдельном обсуждаемом факте, а о придании силы документу суверенного государства. Государства, которые подписали настоящий Устав, согласились, что акты суверенных государств неопровержимы и не могут оспариваться. Именно в этом суть вопроса, а не в том, вызвать или не допустить 2-3-х свидетелей.

Судья БИДДЛ предлагает провести голосование.

Судья НИКИТЧЕНКО: я считаю, что вопрос об изменении Устава не подлежит рассмотрению Трибунала, и не могу участвовать в голосовании.

Судья БИДДЛ: я согласен с этим, но в данном случае имеется в виду толкование Устава.

Судья ЛОРЕНС: мы должны подвергать Устав толкованию, без чего мы не можем двигать процесс. Вызывает сожаление то, что имеется расхождение в толковании, но в таком случае мы можем решать.

Судья НИКИТЧЕНКО: мы можем решать, но не по вопросу об Уставе, не по вопросу о статье 21-й, смысл которой не подлежит сомнению.

Судья БИДДЛ: как же поступить в таком случае!

Судья НИКИТЧЕНКО: я считаю, что вопрос о том, принимаются перечисленные в статье 21-й документы без доказательства или нет, вообще не подлежит рассмотрению.

Судья БИДДЛ: я предлагаю голосовать по ходатайству защитника Штамера. Вы не возражаете, Генерал?

Судья НИКИТЧЕНКО: я считаю, что до рассмотрения ходатайства следует разрешить основной вопрос: правильно ли, что официальные правительственные документы не подвергаются проверке.

Судья БИДДЛ: как же голосовать в таком случае по ходатайству?

Alexandr Volchkov, Iona Nikitchenko, William Norman Birkett
зам. члена МВТ от СССР Александр Федорович Волчков,
член МВТ от СССР Иона Тимофеевич Никитченко,
зам. члена МВТ от Великобритании Уильям Норман Биркетт

Судья НИКИТЧЕНКО: если будут различные мнения по этому вопросу, я не смогу участвовать в решении по ходатайству. Если же согласимся, то, руководствуясь статьей 21-й, примем решение в отношении ходатайства.

Судья БИДДЛ: но я ни при каких обстоятельствах не могу с Вами согласиться!

Судья НИКИТЧЕНКО: как и я не могу согласиться с Вами. Я не могу связывать себя решением, если оно принимается в нарушение Устава. У меня нет права принимать такие решения.

Судья ЛОРЕНС: но каждый вопрос о толковании Устава должен быть решен самим Трибуналом. Мы в праве на это.

Судья НИКИТЧЕНКО: в Уставе написано одно, решается же другое.

В статье 21-й сказано: «без доказательства», а обсуждается вопрос об оспаривании доказательства. Это явно противоречит Уставу.

Судья БИДДЛ: таково Ваше мнение. Я предлагаю голосовать по ходатайству Штамера. Я за удовлетворение ходатайства.

Судья Де ВАБР и Судья ЛОРЕНС высказываются за удовлетворение ходатайства.

Судья НИКИТЧЕНКО: я не принимал участия в голосовании и прошу записать, что не принимал участия в голосовании, так как на обсуждение был поставлен вопрос, находящийся в явном противоречии с толкованием 21-й статьи Устава.

Судья ЛОРЕНС: мы сообщим защитнику, что будут предприняты меры для обнаружения свидетелей.

Судья БИДДЛ: следует установить местонахождение хотя бы двоих и указать защитнику, что он ограничивается в вызове по этому вопросу теми свидетелями, которые им были указаны в ходатайстве.

Судья ЛОРЕНС: таким образом, если мы установим местонахождение 5 указанных защитником лиц и профессора Навиля, мы их вызовем в качестве свидетелей.

Быть может, Генерал НИКИТЧЕНКО хочет продиктовать замечание, которое будет сделано в протоколе?

Судья НИКИТЧЕНКО (диктует):

Я делаю заявление о том, что не могу принимать участия в голосовании, так как обсуждение и постановка на разрешение Трибунала вопроса о том, что официальные правительственные акты могут оспариваться, находится в явном противоречии со статьей 21-й Устава.

Судья БИДДЛ: во всяком случае, надо отдать должное Генералу, он ясно излагает свою точку зрения.

Решение Трибунала: удовлетворить два дополнительных ходатайства защитника подсудимого Геринга д-ра Штамера о вызове свидетелей.

Председатель Судья ЛОРЕНС объявляет заседание закрытым в 16 час. 45 мин.

ГА РФ. Ф. Р-7445. On. 1. Д. 2625. Л. 161, 166-176. Копия.


ПРИМЕЧАНИЯ

1 В соответствии с решением Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 г. в апреле-мае того же года в Катынском лесу, Харькове, Калинине, Минске, Киеве и Херсоне были расстреляны 21 857 польских офицеров, полицейских и узников тюрем западных областей УССР и БССР. 13 апреля 1943 г. германское радио объявило об обнаружении в Катынском лесу захоронений 11 тысяч польских офицеров, убитых советскими властями (в действительности, в Катынском лесу были захоронены 4404 поляка). Созданная по решению Политбюро ЦК ВКП(б) от 13 января 1944 г. «Специальная комиссия по установлению и расследованию обстоятельств расстрела немецко-фашистскими захватчиками в Катынском лесу (близ Смоленска) военнопленных польских офицеров» во главе с академиком Н.Н.Бурденко в своем сообщении от 24 января 1944 г. возложила ответственность за расстрел на немцев. По настоянию советской стороны в Обвинительном заключении, подписанном 6 октября 1945 г., говорилось о расстреле в Катынском лесу немцами 907 польских офицеров, в окончательном варианте фигурировала уже цифра 11 тысяч расстрелянных. Выступая 14 февраля 1946 г. по разделу «Преступное попрание законов и обычаев войны при обращении с военнопленными», Ю.В.Покровский привел в качестве доказательства документ СССР-54, то есть основные выводы Комиссии Бурденко. Однако адвокат Геринга О.Штамер 3 марта внес ходатайство о вызове нескольких свидетелей в опровержение этого «Сообщения». (См. подробнее: Лебедева Н.С. "Катынь: преступление против человечества". М., 1994; "Катынь. Пленники необъявленной войны: Документы и материалы". М., 1997; "Катынь. 1940—2000: Документы" / Отв. сост. Н.С.Лебедева. М., 2001.)

2 Подчеркнуто чернилами.

3 Имеется в виду проф. Франсуа Навилль.


  № 2
ИЗ ПРОТОКОЛА ОРГАНИЗАЦИОННОГО ЗАСЕДАНИЯ
МЕЖДУНАРОДНОГО ВОЕННОГО ТРИБУНАЛА

6 апреля 1946 г.
Дворец Юстиции
Нюрнберг

Протокол
организационного заседания
Международного Военного Трибунала

6 апреля 1946 г. 13.30

Председательствует — лорд ЛОРЕНС

Присутствовали все Члены Трибунала и их Заместители

[...]

8. Ходатайство генерала Руденко (Главного советского обвинителя) от 18 марта 1946 г., поданное Трибуналу с просьбой пересмотреть постановление Трибунала от 12 марта 1946 г. относительно вызова свидетелей по вопросу убийства польских офицеров в Катынском лесу.

Трибунал решил, что ходатайство генерала Руденко должно быть отклонено и что не будет дано объяснения причин отклонения этого ходатайства. Генерал Никитченко не был в принципе согласен с этим решением по причинам, которые были заявлены на предыдущем заседании [при] рассмотрении того же вопроса (параграф 2 протокола заседания Трибунала от 12 марта 1946 г.).

Francis Beverly Biddle and John Johnston Parker
член МВТ от США Фрэнсис Беверли Биддл,
зам. члена МВТ от США Джон Джонстон Паркер

Господин Биддл просил внести в протокол следующее особое мнение относительно меморандума:

«12 марта Трибунал, выслушав все соображения и на основании тщательного рассмотрения, постановил удовлетворить ходатайство защитника подсудимого Геринга о вызове свидетелей, показание которых, как было установлено, относится к предъявляемому обвинению, изложенному в § VIII/c/ /2/ обвинительного заключения относительно того, что подсудимые ответственны за убийства в Катынском лесу 11.000 польских офицеров, являющихся военнопленными.

Главный Обвинитель Советского Союза подал ходатайство о пересмотре этого постановления на том основании, что Трибунал, удовлетворив это ходатайство, тем самым превысил свои полномочия, предусмотренные Уставом.

Статья 21 Устава гласит:

"Трибунал не будет требовать доказательств общеизвестных фактов и будет считать их доказанными. Трибунал также будет принимать без доказательств официальные правительственные документы и доклады Объединенных Наций, включая акты и документы комитетов, созданных в различных союзных странах для расследования военных преступлений, протоколы и приговоры военных или других трибуналов каждой из Объединенных Наций".

Согласно этой статьи Трибунал приобщил к делу и принял без доказательства отчет Чрезвычайной Государственной Комиссии Советского Союза, созданной для расследования событий в Катынском лесу. Приняв этот отчет без доказательства и приобщив его к делу, Трибунал поступил согласно статье 21 Устава, считая, что отчеты подобных расследований, проведенных комиссиями союзных стран, должны приобщаться к делу без дополнительного доказательства и представлять собой такую доказательную силу, которая может являться приемлемой для всех других представляемых доказательств.

Главный обвинитель Советского Союза утверждает, что подобное толкование статьи 21 является ошибочным и что фактически эта статья предусматривает, что отчеты комиссий, созданных в союзных странах для расследования военных преступлений, должны приниматься Трибуналом как неоспоримое доказательство установленных фактов.

По мнению Члена Трибунала это утверждение не вытекает из Устава и по своей сути не является благоразумным.

Как известно, статья 21 гласит, что "Акты и документы комиссий союзных стран по расследованию будут приниматься без доказательств". Это означает, что они будут приниматься Трибуналом в качестве доказательств установленных фактов. Условия этой статьи полностью выполняются тогда, когда такие сообщения, как Чрезвычайной Государственной Комиссии, принимаются без дальнейшего установления их достоверности, без любых самостоятельных доказательств фактов, которые положены в основу сообщения.

Но статья 21 не предусматривает, какое значение должен придавать Трибунал констатации этих сообщений комиссий по расследованию, как доказательству установленных фактов. Еще в меньшей степени эта статья предусматривает тот факт, что доказательства, содержащиеся в таких сообщениях, свободны от возможностей быть опровергнутыми, если даже могут быть представлены достаточные доказательства в опровержение.

Советский обвинитель ошибается, считая, что статья 21 теряет свое подлинное значение, если не будут приниматься без доказательства отчеты, представляющие собой неопровержимое доказательство. Отчеты, принимаемые без доказательства, освобождают обвинение, прежде всего, от необходимости представлять какие-либо другие самостоятельные доказательства подтверждения фактов, изложенных в отчете. Это является самым важным последствием, поскольку самостоятельное доказательство может явиться необходимым для опровержения в случае, если подсудимым удастся привести в качестве доказательства существенное опровержение определений, изложенных в отчете комитета.

Основным пунктом является то, что если статья 21 предусматривала бы, что отчеты о расследованиях должны рассматриваться как неопровержимое доказательство установленных фактов, то она сводила бы на нет условия статьи 19 относительно того, что Трибунал будет принимать любые доказательства, которые, по его мнению, имеют доказательную силу.

То, что является еще более важным и что могло бы свести на нет Трибунал как юридический институт, созданный странами, подписавшими Соглашение, заключается в том, чтобы Трибунал применял юридический метод для установления фактов, относящихся к делу.

Юридические функции Трибунала значительно бы пострадали, если бы Трибунал в своей работе был связан заключениями отчета, основанного на процедурах, которые, однако, являются приемлемыми при проведении расследований, но могут быть лишены гарантий, предусмотренных Уставом, как неотъемлемые условия юридического процесса».

Поэтому ходатайства о пересмотре постановления Трибунала отклоняются.

Заседание закончилось в 16 часов.

МИТЧЕЛЛ

Бригадный генерал Американской Армии

Генеральный Секретарь

ГА РФ. Ф. Р-7445. On. 1. Д. 2610. Л. 103-109. Копия.

Публикация подготовлена по материалам изданий:
«СССР и Нюрнбергский процесс: Неизвестные и малоизвестные страницы истории: Сборник документов» / Сост. Н.С. Лебедева. — М.: Международный фонд "Демократия", 2012.
«Нюрнбергский процесс: Сборник материалов в 8-ми томах». Т.8. — М.: Юридическая литература, 1999.



Tags: Катынь, Нюрнбергский процесс, история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 48 comments